achepkunov (achepkunov) wrote,
achepkunov
achepkunov

БГ и Огонек — об изменениях и о верности



На прошлой неделе вышло интервью с Борисом Гребенщиковым, цель которого — объявить всему миру, что он больше не воюет с Россией, или, как это кокетливо названо в интервью, перестает «предаваться праведному гневу». Возможно, это тенденция, ведь почти одовременно Земфира вдруг вспомнила, что она вне политики. Но интервью показалось настолько мерзким, что я решил его немножко разобрать. Предупреждаю — несколько желчно.


Сама статья здесь

Начали они с рассуждений о памятниках, через две реплики подвели к этому:
Как только нам начнут ставить памятники, рок-музыка тотчас примкнет к печальному ряду советских монументов.

Советские монументы вообще-то величественные или героические. Яндекс, например, на запрос картинок по фразе «советский монумент» выдает первой фотографию воина-освободителя. К слову, это первый памятник серии (второй — «Родина-мать зовет», третий — «Тыл — фронту»)


Воин-освободитель в Трептов-парке

По мнению Яндекса, печальный монумент — античный лев. Но БГ — профессиональный антисоветчик, для него весь Советский Союз — одна большая печаль.

Тут же, рассуждая про памятники Цою и Высоцкому (тоже, вероятно, печальные), БГ выдал: Строй за их счет поднимает к себе уважение. Витька бы посмеялся… Интересно. А тот же строй ставит памятники таким, извините, подонкам как Колчак и Солженицын. Пытается со скандалом поставить памятник в честь чешских карателей. Это всё поднимает к ним уважение, да? Хрен там, не поднимает даже у заказчиков ведь. Совершенно справедливо начинают относится как к проституткам. Скорее вопреки общей гос. тенденции, отдельные люди — реальные поклонники — пробивали и устанавливали памятники поэтам. Или я плохо думаю о нашей власти, и они о народном уважении пекутся, но немножко мозгов не хватает? Зато БГ в этой фразе к Цою пристраивается, за счет Цоя пытается поднять уважение к себе, любимому. Витька, видите ли, друг молодости.

Перед переходом к современности, они ещё касаются неустроенности тогдашних музыкальных групп: у них, о ужас, не было продюсера. Но слава Будде, сейчас уж совсем другое время. Продюсер у Аквариума есть. И не какой-ниубдь завалящий, а сам БГ. И он, как продюсер, следит за тем, чтобы «отдаленным потомкам было бы не стыдно слушать нашу музыку.»

Сразу возникает несколько вопросов: он в 80-е не мог быть продюсером потому, что слова такого не знал? И теперь он считает, что потомкам будет стыдно слушать его альбом 84-го года? А почему, собственно? Потому что на альбоме не будет указан продюсер? И обратите внимание на оборот речи: ему за свою работу не может быть стыдно, это слушателям может. Это пассивная позиция или мания величия?

И вот они мягенько так переходят на современность. Его [Макаревича] концерты [в Петербурге] срываются из-за того, что позвонил неизвестный … всем понятно, что это за неизвестные лица. Ни на кого конкретно он, конечно, не указывает, так давайте внесем ясность. На рекламируемый Дождем юбилейный бесплатный концерт суперлегенды русского рока в 2014 году пришло хоть и не мало (25 тысяч), но вдвое меньше ожидаемого. Так что ничего удивительного, что концерты срываются. И пожаловаться на притеснения властей — красивая сказка. А звонки в Питере случаются наоборот от либералов, якобы из РОНО, с требованиями снять патриотические стенгазеты, которые мы разносим в школы. И многие директора школ (а не крупных концертных залов) выдержали, продолжают наши стенгазеты размещать. С другой стороны, чтобы урезонить одного управдома никто, к сожалению, не звонит. Хотя этот управдом явно прет против деклараций Путина.

Дальше БГ обсирает (извините) тех, кто играет на «официозных» концертах. Говорит, что они это делают не просто за бабки, а за бабки против своей совести. Неявно читатель должен схавать, что поддерживать усилия власти по укреплению страны совестливый человек не должен. Хорошая закладочка. А по мне, так тусоваться с Мишико можно только если совести нет совсем. Так что не надо «ля-ля» про совесть.

Далее корреспондент опять заходит на тему истории и изменений: «Как получилось, что в 1980-е люди вдруг стали другими? Когда случился этот change? Это ведь происходило спонтанно, неконтролируемо?»

Вероятно, корреспондент — молодой сотрудник Огонька — не знает, что спонтанные и неконтролируемые изменения формировались в печатных органах КПСС, таких как тот самый журнал «Огонёк» (а также «Коммунист» и все остальные, не только печатные, но и радио с ТВ). Но БГ-то хорошо понимает, что в то время все, что не орган КПСС, то орган ВЦСПС или ВЛКСМ. И чтобы читатели об этом не задумались, заявляет, что люди не поменялись. Музыка стала другая, а люди не меняются вообще. Тактически это замазывание роли верхушки КПСС в развале страны, а вообще это фашизм. Или мы предполагаем, что человек может измениться, и тогда мы должны прилагать усилия к тому, чтобы самим становиться лучше и других делать лучше. Или человек не меняется, и тогда ничего страшного, если всех «плохих» уничтожить. Они же плохие, и не изменяться, значит, лучше не станут. Можно и оставить их немножко, чтобы прислуживали «хорошим».

Беседующие снова касаются раскола рок-тусовки. И там идет диалог — очередной шедевр.

Меня в жизни никто никогда не предавал.

— Потому что вы не мыслите в категориях предательства.

— Я не понимаю, что это такое.


Ути-пути, не понимает он, б…. Конечно, непонятно, что такого — ну с Мишико потусовался. Ну коллегу кинул или жену увел. Да, несколько раз. Ну завел любовницу, ну тоже несколько раз. Да и самого себя можно предавать, меняя религии как перчатки. А можно заявлять: Меня поражает наглость музыкантов, которым позволяют играть музыку, а они ещё и разговаривают! Да кто ты такой, чтобы у тебя была позиция? Мне кажется, что некоторые музыканты спекулируют своей известностью, которую обрели исключительно благодаря собственным песням. Мол, если вы знаете мои песни, то теперь послушайте, что я вам скажу как гражданин. А я, дорогой, не хочу слушать, что ты мне скажешь. Твоя музыка меня интересует, а твоё мнение – нет. Потому что ты не добился ничего, за что я стал бы тебя слушать. и потом два года предаваться «праведному» гневу. Всё можно, конечно. Но чтобы остатки совести не так грызли, он старательно публично убеждает себя, что это норма (см. также рассуждения о человеке и ежевике).


Вернемся к интервью. Опять про изменения, на этот раз в стране. Нет. Россия какая была, такая и осталась. Страшно любимая страна. Только что мы с группой вернулись из Иркутска. Там хорошо. Везде. И главное, что бары везде открыты. И даже в городе Сургуте делают отличные коктейли. Раньше я бы в это не поверил. Я в Нью-Йорке приличного коктейля найти не могу. А в Сургуте его делают.

Получается, что у него, во-первых, открытый бар и коктейль — лучшее, что есть в стране, а, во-вторых, — лучшее, что есть в жизни. Светоч, чё. Но при этом изменения-то есть, и он их даже озвучивает, хоть признавать их наличие он все равно не хочет.

Дальше то же самое про Британию
Какая Британия была, такая и осталась, за тысячу лет ничего не изменилось.

— Люди стали добрее.

— Не-е-ет. 


И объясняет, что есть загнанные в гетто люди, и они могут по голове стукнуть. А удерживать агрессию и улыбаться — торгашеский прием и не более. Значит, изменений в людях нет. Конечно, капитализм затормозил изменения в людях к лучшему, но они все-таки были (и есть). Это видно хотя бы по законам. Да и по обычаям. Раньше все-таки считалось нормой пороть слуг, и по голове на улице аристократ стукнуть не мог, но огреть плеткой или приказать побить — было нормой. А для «благородий» была шпага. А он нам про современное гетто (восточный Лондон), которое сами же и создали. Тоже ведь фашизм.

Далее вообще супер. Хоть ничего никогда не меняется, но Россия, конечно, могла бы измениться в сторону торгашества. Видимо, это настолько большое суперблаго, что в эту сторону изменения возможны. Читаем дальше. После облизывания БГ как единственого, несущего в песнях мир, и, следовательно, единственного носителя культуры, ведущий спрашивает: «почему же культура не смогла за 25 лет изменить постсоветского человека?» БГ, вместо того, чтобы «запеть» про неизменяемость, вдруг говорит, что эффект проявится через сто-двести лет. То есть выжечь из нас советизм — единственное изменение, которое укладывается в его картину мира. Наверное, потому что очень хочется, но на фоне предыдущей половины интервью это, по-моему, похоже на шизофрению.

Дальше они рассуждают про мирную жизнь и бесполезность «праведного» гнева, которому БГ отдавался последние два года. И чуть позже: «А не нужно мирить. Если кто-то, кто пошел путем, скажем, шовинизма, говорит: мы лучше всех просто потому, что мы лучше всех, и весь остальной мир может гореть в аду, потому что они нам не нужны, потому что мы самые крутые,— такого человека как примирить?» Интересно, он кого имеет в виду? Тех, на защиту которых он потратил два года гнева? Или тупых ватников? Параллельно он опять изгаживает особый путь России, называя его шовинизмом. Или он все же украинский шовинизм имел ввиду? Ни тогда, ни сейчас БГ не говорил, хотя бы, что обе стороны виноваты в конфликте на Донбассе. Только Россия. Ненависти правосеков он не замечал? А ненависти депутатов, первое, что сделавших, причем вопреки логике — отменивших региональный статус русского языка? А Одесса 2 мая? А Славянск, в который Стрелков приехал тогда, когда там уже был отряд в триста бойцов, и который не рос только благодаря стараниям самого Стрелкова? Если кто-то слышал, как БГ на Украине (или хотя бы здесь) обвинил ту власть в происходящем — поделитесь, пожалуйста.

Дальше идет какая-то муть про то, что надо что-то строить, но как это делать, он не скажет, т.к. не гуру. Перепевки предыдущих реплик и, наконец заключительный аккорд: Когда культура проникнет в человека, наступит конец истории.

Для сравнения, Маркс говорил, что с освобождением человека начнется история, а то, что происходит сейчас — лишь предыстория.



Tags: БГ, предатели
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 19 comments